Вавилон не падает

31 Окт
2012

Авторская колонка Антона Метелькова

Взять, например, случай с Вавилонской башней. Вообще, Ветхий завет напоминает прекрасно выстроенную историю, сагу даже, в духе магического реализма.Конечно, вопрос еще, кто здесь кого скорее напоминает, но поле одно. Собственно, об этом же говорит и Астуриас. Наверное, со схожих позиций были мне милы в детстве книжки-самосшейки – не в том смысле, что они сшивались сами, а в том, что сшить их надо было самому – из «Веселых картинок» с разными библейскими сказаниями.

Все истории Ветхого завета, по сути, представляют собой такие замаскированные притчи. Даже не замаскированные, а устроенные по принципу Хемингуэя или чеховской драматургии – когда ниточки, за которые потянуть, чтобы узел развязался, остаются за горизонтом. Потому эти притчи, которые совсем не понятно, что притчи, и работают совсем не как притчи, работают в той же области, что и младенческие сказки, колыбельные.

Новый завет в этом плане не столь изящен, он уже бьет как кувалда – для тех, кто так ничего и не понял.

И история про башню, если рассматривать ее в означенном ключе, она предостерегает, хотя это и чересчур жесткое слово, от строительства внутренней Вавилонской башни. Это ведь достаточно распространенное явление, йога и иные духовные практики ориентированы на избавление от пут мирских, на приближение к Богу. В этом и кроется противоречие, но не то противоречие, которое представляет собой красивый парадокс сродни «верую ибо абсурдно», а противоречие в исконном отрицательном смысле, когда ум заходит за разум. То есть, это попытка пришить небо к земле, в результате которой небо делается далеко как никогда, а под ногами и над головой – и не небо, и не земля. И начинаешь говорить с собой на разных языках. То есть, затея ущербная в корне.

Сюда же ведет и Бибихин, но он, впрочем, может вести куда угодно. Верней, не совсем так – ведет он вполне в определенном направлении, но сам маршрут не может похвастать детерминированностью, узлы его повествования, которые должны бы оное связывать, как нарочно ведут себя от обратного, и там, где из А следует Б, чуть ли не с большей правомерностью может следовать и Ц.

Конечно, все это выходит увлекательно, воздушно и замково, но узбекская пословица гласит: делай то, что говорит учитель; не делай то, что учитель делает. Часто это воспринимается как оберег от тупого копирования, на самом же деле все не так просто, это почти что дзенский коан. Встретил будду – убей будду. Учитель рассматривается как некое законсервированное понятие, как некий итог, дело учителя – учить. Вот и получается на выходе едва ли не стопроцентная обратная связь, когда все лучшие ученики естественным образом продолжают дело своих наставников, что, конечно, немаловажно, но приводит к формированию мира льда и пламени.

И законсервированность эта, дискретизация становится общим явлением. Если проезжать в восьмом часу на работу мимо здания Сбербанка по проспекту Димитрова, то можно наблюдать на одном из этажей тренажерный зал, где сотрудницы, приехавшие на полчаса раньше, без устали вышагивают по беговым дорожкам. Их можно понять: комфортные условия, вид из окна, самостоятельно можно выбрать скорость ходьбы – пешая прогулка по утреннему городу уступает по всем параметрам. И самое страшное – это то, что они (мы) действительно выбирают оптимальный вариант – это ведь бесспорно. Только вот мир при этом становится все более и более дробным.

Из окошка этого двуликого мира выглядывает человек в стильном галстуке и уверенной улыбке, надпись около столь же тяжеловесна: «Займы». Но в обстановке сплошного ускользания даже ударение легко перепадает, падает с «а» на «ы», и улыбка тут же оказывается вымученной и заискивающей, костюм и галстук – взятыми на прокат, а ноги, возможно, и вовсе босы.

Отсутствие какой бы то ни было твердой почвы подчеркивает грифельная доска возле входа в кафе «Парус». На таких обычно пишут мелом цены блюд дня и прочую сопутствующую информацию. Но на данную доску угодил следующий текст: «Мы вам рады!». Что может быть мимолетнее этой надписи? Ведь будь это настроение непреходящим, оно оказалось бы отлито в более стойкой форме. Здесь же – нет, здесь завтра может возникнуть и совершенно противоположное, скажем – «Убирайтесь вон!». Так что торопитесь. Не упустите своего шанса.

Впрочем, подобная прозорливость может сыграть и дурную шутку – когда тебя настигнет предупреждение «Осторожно, злая собака!», адресованное персонально тебе.


 

Оставить комментарий

(обязательно)


(обязательно)




я не дурак