Тимофей Саттаров

29 Дек
2011

Родился в г. Тюмень в 1984 году. Профессия – музыкант. Закончил консерваторию им. ‘Ханнса Айслера’ в г. Берлине. Участник и лауреат международных и германских национальных конкурсов аккордеонистов. Место проживания ФРГ Берлин. Публикации  в литературно-философском журнале «Топос», в международном литературно-художественном журнале «Арт-Э-Лит» и на сайте Стихи.ру* (*под ником Не Для Читателей Родившийся). 2011  номинация на премию «Арт-Э-Лит» в рубрике «Литературный дебют». Участник литературных мероприятий в Берлине, таких как: «Пушкинские чтения в Берлине» , слэм «Высокая Культура», фестиваль «Запад Наперед». Сотрудничество с лит.группой «Запад на Перед».



Цепочка метаморфоз

МАГИСТРАЛ

Косматый космос – голова Вселенной.
Как капель звуки, звезды греют память.
Косматит ветер волосы, волнуя,
Как будто хлеб полощет простыню заката.

Падением вверх, навстречу вниз полёту,
Из пентатоники и тоненьких иголок,
Как языки, зализывают раны
Хвосты вселенские, души касаясь.

И растворяется,  как сахар в кофе,
Ночной экспромт во мне, во вне и в звуке.
Объятый ветром лист похож на пламя.
Рисуется размытыми мазками
И отражается в ночной Вселенной,
Которой сны и мысли – мы и звезды.

1

Косматый космос – голова Вселенной,
Которой сны и мысли – мы и звуки.
Ночное небо изнутри, как невод
Из нитей света огненных созвездий.

Молчание их бывает громче крика.
Ведь тот кричит, кто не сдержал молчания.
Движение звука не имеет лика.
Движение образов — игра под лунным светом —

Плывёт неторопно к гигантской яйцеклетке,
В густом сиропе тонет и всплывает.
Как ил, молекул одинокий остров.
Похож на дом. Отец встречает сына.
Когда в душе орган ночного неба,
Как капель звуки, звезды греют память.

2

Как капель звуки, звёзды греют память.
Из рук галактик и вселенской поясницы
Торчат иголками  дороги света,
В сетчатке глаз моих себя переплетая.

Откуда, вновь, как из земли ростки бамбука,
Сквозь мои пальцы прорастают тона стебли.
Во мне давно уже растёт крыло из уха.
Навстречу звездам я лечу по магистрали.

Мы видим в небе отражение нашей сути,
Где времена сплотились в настоящем.
Начала семя расчленилось взрывом жизни.
Поэта мозг беременен сознанием,
Которое  теперь снаружи чела
Косматит ветер, волосы волнуя.

3

Косматит ветер волосы, волнуя
Cплетение огней за горизонтом.
Да. Это треснувший ковер сухого лета
Гроза и ливень вновь вернут в сознание.

Сие, как будто влажным полотенцем
Больному боль, снимает жар прохладой.
Планета смотрит в нас плакучей ивой.
Мы в ней, как семена сухого мака.

Мы видим в этом бесконечность тайны. 
В сравнении познаются боль и радость. 
Воображение смещает центр тяги.
Глаза вращаются вокруг оси духовной.
Дрейфуют континентские волосья,
Как будто хлеб полощет простыню заката.

4

Как будто хлеб полощет простыню заката,
Грядущий день становится вчерашним,
Вчерашний день становится грядущим,
Отец и мать становятся младенцем.

Биенья сердца звуки заглушают
Дыхание смерти. Разряжают звезды
Спрессованную страхом атмосферу,
Хвостами света эту ночь лаская.

Предположу и я, что три секунды
Пронизаны божественной судьбою.
Как  произвольная коррозия металла,
Моих фантазий мир похож на плесень.
Он катится, подобно жидкой ртути, 
Паденьем вверх, навстречу вниз полёту.

5

Паденьем вверх, навстречу вниз полёту.
Стремится в искаженном зазеркалье.
Подобно атомному взрыву, разрастаясь,
Одновременно он сужается до точки.

Он  застывает между пиками соборов
И грандиозными вершинами скандалов
На кульминации уменьшенным аккордом
В пустом  театре неосознанных иллюзий.

Но опускается одним ударом позже,
Падением вверх, навстречу вниз полёту.
Там остаётся лишь сплетение метафор,
Молчание катакомб и фотоснимков,
Гармоний  недопитый  отголосок
Из пентатоники и тоненьких иголок.

6

Из пентатоники и тоненьких иголок
Сплетаются венки и переплёты.
Когда я – невод, звезды – точки тела,
Слагающиеся в меридианы.

Цикличность дней, ночей, зимы и лета
Частотам света и радиоволны подобна.
При этом Инь и Ян содержат плюс и  минус.
Акупунктура – мир, а я – электропровод.

Ключ к жизни – это осознание смерти.
К концу приблизившись, увидел суть в процессе.
Врач направляет ток естественных энергий
Посредством точечных и болевых приёмов.
На дне катарсиса во мне глухие звуки,
Как языки, зализывают раны.

7

Как языки , зализывают раны
Глухонемые контуры созвездий,
Вуаль верлибров и сплетения сонетов,
Анализ пьес Штокхаузена и Баха,

Страницы книг и философские трактаты,
Густые формулы химических реакций,
Радиостанция, подсчёт итогов года,
Прогноз погоды, расписание трамваев,

Перечисление столиц, земель, металлов,
Метаметафора, Плутон, Нептун, Меркурий,
Сатурн, Юпитер, Марс, Земля, Венера.
Когда история щетиной обрастает,
Даруют мне древесное смирение
Хвосты вселенские, души касаясь.

8

Хвосты вселенские, души касаясь,
Сливаются с молекулами тела.
И образуются цветущие фракталы
В пространстве нами неоткрытых измерений.

Сие, подобно одноклеточной амёбе,
Шевелится под метамикроскопом,
И, в независимости от…,  во чреве,
Как эмбрион, степенно разрастаясь,

Теряя смысл, приобретает личность,
Теряя контуры, становится прекрасней;
Теряя девственность, вновь смысл обретает,
Теряя молодость, приобретает опыт,
Теряя тело, поглощает Всё и Вечность,
И растворяется, как сахар в кофе.

9

И растворяется, как сахар в кофе,
Неудержимое желание остаться.
Но жизнь от этого становится спокойней,
Как результат глубинного искусства.

Нет, человеку многого не нужно,
Чтоб обволочь своей любовью воздух -
Подобно ветру,отражению и пульсу,
Подобно свету, тьме, молчанию и звуку.

Вращается старинная пластинка.
Так вагабунд плетется по спирали.
Втекая в отражение рассудка,
Встречаясь  там с обратной перспективой,
Преображается под лунным светом
Ночной экспромт во мне , во вне и в звуке.

10

Ночной экспромт во мне, во вне и в звуке -
Перо изгибов чувственного тела.
Паром, как пристань пристального взгляда,
Когда два берега сливаются друг с другом.

Рок колеса – движение по кругу.
Мы вариируем на тему Вавилона
Христа Иисуса суть – его Голгофа.
Сизиф мудреет с каждым новым спуском.

Расстанутся Лавразия с Гондваной,
Но образуется ещё одна Пангея.
Их берега вливаются друг в друга,
Как эта ночь в моё воображение.
Объятый  мною мир похож на чрево.
Объятый ветром лист похож на пламя.

11

Объятый ветром лист похож на пламя.
Фонарь, сквозь ветви, сеет корень бука.
В моих рецепторах сие – маяк в тумане.
Земля Колумбу, что арабам Мекка.

Молитва и обряд – прикосновение.
Они не могут быть из просьб и пожеланий,
Как и поэзия не может стать наукой
И не зависит от взаимопонимания.

Бах был не признан и забыт до Мендельсона.
Сизиф – великий деятель искусства.
Дар божий не дает гарант успеха.
Мы с вами  – гайки вечного движения,
Которое, как сон неуловимый,
Рисуется размытыми мазками.

12

Рисуется размытыми мазками
Фрагмент из памяти в ковре мгновений.
Как необъятный и неуловимый
Отдельный миг многоголосной фуги.

Как чайки – фразы, как морская пена -
Пейзаж разбросанных частиц картины.
Шум моря – это шепот отголосков.
Его поверхность обнимает небо.

Вода ласкает утомленный берег.
Прилив, отлив – покой и возбужденность.
Частицы движутся в пространстве ленно,
Как будто хлеб полощет простыню заката.
Взгляд прогибается под весом горизонта
И отражается в ночной Вселенной.

13

И отражается в ночной Вселенной,
Как кантус фирмус в параллельном контрапункте,
И как в движениях капризного ребенка
Анфас в кокОн завернутой монады,

Лицо Христом беременной Мадонны.
Её беспомощность, смиренность и страдание.
Мои стремление,  азарт и озаренность -
Этюд бесплодного автопортрета.

Поставить крест на собственной надежде.
Впитать земле ржавеющие гвозди.
Омыть водой безжизненное тело.
Когда стекает грязь, мы видим сущность.
Сегодня сын предаст отца планете,
Которой сны и мысли – мы и звуки.

14

Которой сны и мысли – мы и звезды.
Круг замыкается на главной магистрали.
Никак не деться от того, что будет.
Наш вагабунд плетется по спирали.

Его глаза направлены вовнутрь.
Его шаги, как ключевые фразы.
Его молчание, как белый перламутр,
Содержит все возможные оттенки.

Он думает о том, что очень скоро,
Когда настанет ночь и с неба листья
Падут, как с девы свадебное платье,
Останется  лишь искренности  тонкость.
Пред ним предстанет в обнаженном виде
Косматый космос – голова Вселенной.

МАГИСТРАЛ

Косматый космос – голова Вселенной.
Как капель звуки, звезды греют память.
Косматит ветер волосы, волнуя,
Как будто хлеб полощет простыню заката.

Падением вверх, навстречу вниз полёту,
Из пентатоники и тоненьких иголок,
Как языки, зализывают раны
Хвосты вселенские, души касаясь.

И растворяется,  как сахар в кофе,
Ночной экспромт во мне, во вне и в звуке.
Объятый ветром лист похож на пламя.
Рисуется размытыми мазками
И отражается в нагой Вселенной,
Которой сны и мысли – мы и звезды.

27/5/2009


 

Оставить комментарий

(обязательно)


(обязательно)




я не дурак