Алексей Афонин

24 Дек
2010

Алексей Афонин, Санкт-Петербург Родился в 1990 г. в С.-Петербурге (тогда Ленинграде), живет там же. Публиковался в интернет-журнале «TextOnly», на сайте «Полутона», также в журналах «Воздух», «Урал» и др. Участник Шестого майского фестиваля новых поэтов (2007), XVI Фестиваля свободного стиха (2009), II Фестиваля университетской поэзии (2009), фестиваля «Петербургский текст сегодня» (2009). Лауреат премии «Дебют» в номинации «Поэзия» (2010). В 2010 году выпустил первую книгу стихов («Очень страшное кино», М.: Русский Гулливер /Центр современной литературы.)


***
Ах, вот они бы сказали: мы такого и не видали,
и об этом нельзя, невозможно сказать.
А в перекрестьи рук горит и горит миндаль,
как сутолока, как свеча.

Когда потолки начинают молчать,
золото стекает с еловых лап и начинает светиться в окнах,
в лицах,
где, шатаясь, на грань,

где хрусталь и дубовые листья на самом последнем ветру
переливаются, дрожат…

Город, тонкий, как кубок, сжавший боками беспредельное небо,
светится в темноте.
Переворачиваясь с боку на бок, вспоминаю о давно выброшенных игрушках,
о пледе и о еде,

и о том ещё: куда рваться.
Хотя б – туда, где поезда крючок рыболовный рвут горизонт
и словно в губах разгорается мягкий рассвет – и горит и горит миндаль.
И медленно сжимаю ладонь,

медленно раздавливая в горсти:

белый, как фарфор, мутно-белый и затаённый
город, рыбы запах на рынке, и розетка
из обоев косящая коричневоглазо… Купол

И.

Ванты, веер моста.

Пока – можно ещё;
лови момент, а после подножка разгонится и не прыгнешь;
лишь в перекрестьи рук – горит и горит.

***
Горловая кость в руке колеблется…
ожидаю трамвай.
Утро, мир похожий на Звёздные войны

и метёт, метёт, метелица -

с перил, оградки,
где-то там – турникет, это хлопья,
пыль пронизанная, ничего

только солнце жёлтое морозный металл,
выкрашенное масляной краской.

Это – пронизанное живое ничего руки,
тонкая пыль,
розовое на просвет,

это феерические громады зданий,
стекло, переходы, стелется гулкий как жестяная банка

старый транспорт:

стелет, стелет по рельсам брюхо
змеиное – холод, шипение, белые-белые солнечные бискиты,

остановка, стой!

Где-то морозное сочно железо
в руки вопьётся из-под перчатки, вытянет кость,
кость: инструментом для
горящего неба,

искрящего так, насквозь

через глаза – в самую радужку, в донца глазные
яблок, до светлого света и тишины.

Где-то на повороте трамвай, сотрясаясь, на бок
слегка заваливается.

…Будем,
озарены.


 

Оставить комментарий

(обязательно)


(обязательно)




я не дурак