Пищевое отравление

25 Окт
2010

Автор: Иван Полторацкий

Представляете, сколько всего всплывёт после второго потопа?
Полиэтиленовые пакетики, трупы, одноразовая посуда, пластмассовые игрушки, потребительские корзины, бесконечные продукты непотопляемых корпораций…
Последняя рекламная акция выдохшейся культуры.
Вид сверху, даже с точки зрения вечности, – неэстетичен. Зачем Господу Богу такое жалкое зрелище?
Нет, человечество не потонет. До 2012 мы вряд ли исчерпаем потенциал живучести. В случае чего – отрастим ласты, высадим водоросли на океанском дне, разведём глубоководных рыб и будем каждые пять лет увеличивать надои. Может быть, станем добрее…
Но это – утопия. Никакая катастрофа в корне не изменит природу человека. Здесь сложно не согласиться с рациональным гуманизмом Роберта Фроста:

Кто говорит, мир от огня
Погибнет, кто от льда.
А что касается меня,
Я за огонь стою всегда.
Но если дважды гибель ждет
Наш мир земной, – ну что ж,
Тогда для разрушенья лед
Хорош,
И тоже подойдет.

(Перевод М. Зенкевича)

Мы слишком сильно любим себя, и человечеству существенно не хватает трезвомыслия. Наверное, этим можно объяснить периодически возникающие истерики по поводу грядущего конца света и вечную моду на горе-предсказателей.
Но проблема гораздо глубже.
Всё мельчает.
И вот уже сакральный ужас божественного откровения выродился в депрессивную антиутопию, которая, исчерпав свои нравственные основания, превратилась в дорогое и бессмысленное разрушение одних и тех же декораций (фильмы типа «Послезавтра» и т.д.)
Зачем нам липовый апокалипсис?
Это попытка убежать от собственной совести. Гораздо легче представить себя мёртвым, чем решать болезненные вопросы. Действительно, мгновенная гибель планеты решит все наши проблемы: экономические, этические, экологические, богословские…
Просто панацея. Семь бед – один ответ.
Ведь принять ответственность за собственные поступки нелегко. Особенно, если тебя шесть с лишним миллиардов.
Вот мы и малодушничаем, уподобляясь обиженному подростку, который видит себя в гробу, черпая из этого мелкое мстительное удовлетворение: «Вот я умру, и вы все пожалеете…»
Только кто виноват? Кровожадные политики, коварные масоны, жестокие инопланетяне? Или всё-таки кто-то из нас?
Мы сильно промахнулись, назначая апокалипсис на завтра. С него всё только началось. Помните вкус того самого яблочка? Всё, что происходило после, – острая форма пищевого отравления.
И нам впору послушать маленького Тедди, сумевшего выблевать пресловутый фрукт (или вовсе его не есть), но мы продолжаем набрасываться на яблоки, доканывая пищеварительную систему; резь в животе приводит к сильнейшим галлюцинациям, уже подменившим собой реальность. Жар, бред – все симптомы налицо. Поэтому никак не проходит депрессия: бессильное ожидание смерти, помноженное на позорную жалость к себе и нежелание сопротивляться болезни. В целом это и невозможно, потому что человечество не осознает себя единым организмом. Но на личном уровне необходима постоянная, изнуряющая борьба с наследственным отравлением.
Апокалипсис происходит ежедневно, когда чья-то судьба выходит из-под контроля. Тысяча концов света: в соседнем доме, в пограничной республике, на противоположной стороне улицы, не за горами, под боком, здесь и сейчас. И каждый в силах предотвратить катастрофу.
Вычистить яблоко, сколотить ковчег, и, забрав с собой самых любимых, дождаться новой твёрдой и чистой земли. И пусть всё будет как в этом стихотворении хорошего чешского поэта Мирослава Флориана:

Хроника потопа

Ночь.
Только шорох листьев.
Но ты открыла глаза –
и загремел гром.

Потом разверзлись небесные хляби.

Мы взяли с собой лишь Брема
и ту божью тварь,
а также горсть голышей,
чтобы кидать их в воду-
пусть по ней лягушатами скачут.

К утру сомкнулись кольцом
вокруг нас
пенные волны.
Мы меж собой говорили
на чужом протяжном наречии,
скорей всего по-еврейски,
а белые ангелы
мигали нам
неоновыми очами.

На четырнадцатый день
одна тишина звенела. Да я
Насвистывал, как точильщик ножей!

На влажный резкий ветер
выпустила ты неспешно
сизую голубицу – дым своей сигареты

(перевод Т. Бухаркиной)

А далее – мыть руки перед едой и отвечать за собственные поступки.
Но это вплоть до Страшного суда.
А далее всё будет по-другому.
Всё.

С любовью, 1.5.


 

Оставить комментарий

(обязательно)


(обязательно)




я не дурак